Шляпа волшебника

Вступление Первый снег пал на Муми-дол хмурым утром. Он подкрался, густой и безмолвный, и за несколько часов выбелил всю долину. Муми-тролль стоял на крыльце, смотрел, как зима пеленает землю в свой белый саван, и думал спокойно: "Вечером мы погрузимся в спячку". Ведь все муми-тролли делают так в ноябре (и, по правде сказать, это очень разумно, если кто не любит холода и темноты). Он закрыл дверь, неслышным шагом подошел к маме и сказал: - Идет снег. - Знаю, - ответила мама. - Я уже приготовила для вас самые теплые одеяла. Можешь лечь наверху в западной комнате вместе со Сниффом. - Снифф ужасно храпит, - сказал Муми-тролль. - Можно я лягу вместе со Снусмумриком? - Как хочешь, - отвечала Муми-мама. - Тогда устроим Сниффа в восточной. Муми-семейство, все его друзья и знакомые готовились к долгой зимней спячке серьезно и обстоятельно. Муми-мама накрыла стол на веранде, но в чашке у каждого были лишь хвойные иголки. (Совершенно необходимо, чтобы желудок был набит хвойными иголками, если предстоит проспать целых три месяца подряд.) После обеда (а он казался уж совсем безвкусным) все чуть серьезнее обычного пожелали друг другу доброй ночи, и Муми-мама велела всем вычистить зубы. А Муми-папа обошел весь дом, закрыл все двери и ставни и обернул люстру сеткой от комаров, чтобы не запылилась. Потом каждый залез в свою кровать, устроил в ней ямку поуютнее, укрылся с головой одеялом и стал думать о чем-нибудь приятном. И только Муми-тролль со вздохом сказал: - Какую уйму времени мы теряем зря! - Ничуть! - отозвался Снусмумрик. - Нам снятся сны. А когда мы проснемся, уже будет весна... - Мм... - пробормотал Муми-тролль, уже погружаясь в сумрачный мир сновидений. А на дворе сыпал снег, мелко, но густо. Он уже завалил крыльцо и грузными шапками свешивался с крыши, с наличников окон. Весь Муми-дом скоро должен был превратиться в сплошной пухлый сугроб. Одни за другими переставали тикать часы - пришла зима. Глава первая, в которой рассказывается о том, как Муми-тролль, Снусмумрик и Снифф нашли шляпу Волшебника, как неизвестно откуда появились пять маленьких тучек, а Хемуль обзавелся новым хобби. Как-то весенним утром, часа в четыре, над Муми-долом пролетела первая кукушка. Она уселась на синюю крышу Муми-дома и прокуковала восемь раз - с легкой хрипотцой, понятно, потому что весна была еще в самом начале. Ну а потом кукушка полетела дальше на восток. Муми-тролль проснулся и долго лежал, уставясь в потолок и соображая, где он. Он проспал сто ночей и сто дней подряд, он был еще овеян сновидениями и не хотел расставаться со сном. Но, перевернувшись с боку на бок, чтобы найти новое удобное положение, он увидел такое, что сон с него как рукой сняло. Кровать Снусмумрика была пуста. Муми-тролль так и подскочил в постели. Ну конечно! Шляпы Снусмумрика тоже нигде не видать. - Это надо же! - сказал Муми-тролль. Он подошел к раскрытому окну и выглянул во двор. Ага, Снусмумрик воспользовался веревочной лестницей. Муми-тролль перебрался через подоконник и, осторожно переступая коротенькими ножками, спустился по лестнице вниз. На сырой земле отчетливо виднелись отпечатки ног Снусмумрика. Они были запутанные, словно куриный след, и не было никакой возможности определить, куда он направился. Местами следы делали длинные прыжки и перекрещивались между собой. "Это он от радости, - размышлял про себя Муми-тролль. - А вот тут он перекувырнулся, уж это точно". Муми-тролль поднял голову и прислушался. Где-то далеко-далеко Снусмумрик играл на губной гармошке, играл свою самую веселую песенку: "Эй, зверятки, завяжите бантиком хвосты". Муми-тролль побежал прямо на музыку и внизу у реки увидел Снусмумрика. Тот сидел на перилах моста, нахлобучив на лоб свою старую шляпу, и болтал над водой ногами. - Привет, - сказал Муми-тролль, усаживаясь с ним рядом. - Привет, привет, - отозвался Снусмумрик, не отнимая от губ гармошки. Солнце только что поднялось над верхушками деревьев и светило им прямо в лицо. А они жмурились от его лучей, болтали ногами над бегущей сверкающей водой, и на сердце у них было привольно и беззаботно. По этой реке они не раз отправлялись в большой мир навстречу необыкновенным приключениям и в каждом путешествии обзаводились новыми друзьями и приводили их к себе домой, в Муми-дол. Муми-папа и Муми-мама принимали всех незнакомцев с невозмутимым спокойствием - лишь ставили новые кровати да расширяли обеденный стол. Так вот и выходило, что в доме всегда было полно народу и каждый занимался чем хотел, нисколько не заботясь о завтрашнем дне. Ну и, разумеется, время от времени в доме случались потрясающие, прямо-таки ужасные вещи, но зато уж на скуку никто пожаловаться не мог. (А ведь это как-никак делает честь любому дому.) Доиграв последнюю строчку своей весенней песенки, Снусмумрик сунул гармошку в карман и спросил: - Снифф проснулся? - Вряд ли, - ответил Муми-тролль. - Он всегда просыпается на неделю позже других. - Тогда нужно его разбудить, - решительно сказал Снусмумрик и спрыгнул с перил. - В такой славный денек непременно надо придумать что-нибудь совсем необыкновенное. Муми-тролль стал под окошком восточной мансарды и, сунув в рот лапы, дал сигнал по одним им понятной тайной системе: три простых свистка и один долгий. (Это означало: есть дело.) Слышно было, что Снифф перестал храпеть, но не шелохнулся. - А ну-ка еще раз! - сказал Снусмумрик, и они повторили сигнал с удвоенной силой. Окошко с треском распахнулось. - Я сплю! - сердито крикнул Снифф. - Давай к нам, да не сердись, - сказал Снусмумрик. - Мы задумали что-то совсем необыкновенное. Снифф навострил помятые со сна уши и спустился вниз по веревочной лестнице. (Пожалуй, нелишне упомянуть, что в Муми-доме веревочные лестницы были под каждым окном: ведь выходить каждый раз через крыльцо - такая морока!) День и вправду обещал быть чудесным. Повсюду было полно еще не совсем проснувшейся от долгой зимней спячки ползучей мелюзги, она шныряла во все стороны и заново знакомилась друг с другом. Одни проветривали платье и чистили щеткой усы, другие строили себе дома, третьи на все лады готовились к встрече весны. Муми-тролль, Снусмумрик и Снифф то и дело останавливались посмотреть, как строится дом, или послушать какую-нибудь ссору. (Это часто случается в первые дни весны, потому что когда выходишь из спячки, с утра нередко бываешь в дурном настроении.) На ветвях деревьев сидели древесные феи, расчесывая свои длинные волосы, а в снегу, островками, лепившимися с северной стороны стволов, прокладывали длинные ходы мыши и прочая мелюзга. - С новой весной! - сказал один пожилой уж. - Как зимовалось? - Спасибо, ничего, - ответил Муми-тролль. - А вам, братец, хорошо спалось? - Отлично, - ответил уж. - Кланяйтесь от меня папе и маме! Такие вот примерно разговоры вели они с многочисленными личностями, попадавшимися им по пути. Но чем выше в гору, тем безлюднее становилось вокруг, и под конец им лишь изредка встречались хлопотливые мыши-мамы, занятые весенней уборкой. - Ой, как неприятно! - сказал Муми-тролль, высоко подбирая лапы на тающем снегу. - Муми-тролли не любят, когда так много снегу. Это мне мама сказала. - Он чихнул. - Послушай-ка, Муми-тролль, - сказал Снусмумрик. - Есть идея. Что, если забраться на самую верхушку горы и сложить там пирамиду из камней? Пусть знают, что мы первые побывали на вершине. - Идет, - сказал Снифф и тотчас двинулся в путь, не желая никого пропускать впереди себя. На вершине разгуливал весенний ветер и на все четыре стороны распахивался голубой горизонт. На западе было море, на востоке река, петляя, уползала в глубь Пустынных гор, на севере как весенний ковер простирались дремучие леса, а на юге из трубы Муми-дома курился дымок - это Муми-мама варила к завтраку кофе. Но Снифф ничего этого не замечал. Потому что на вершине горы лежала шляпа, точнее говоря, черный цилиндр. - Кто-то уже побывал тут до нас! - сказал он. Муми-тролль поднял шляпу и стал ее рассматривать. - Шляпа что надо, - сказал он. - Может, будет тебе как раз впору, Мумрик? - Нет, нет, - ответил Снусмумрик (он очень любил свою старую зеленую шляпу). - Уж слишком новая! - А может, она понравится папе? - размышлял вслух Муми-тролль. - Захватим ее с собой, - сказал Снифф. - А теперь я хочу домой. Смерть как хочется кофе. А вам? - Еще бы! - с жаром отозвались Муми-тролль и Снусмумрик. Вот как получилось, что они нашли шляпу Волшебника и забрали ее с собой, не подозревая о том, что тем самым превратили Муми-дол в арену всяческого волшебства и удивительнейших событий. Когда Муми-тролль, Снусмумрик и Снифф вошли на веранду, все уже попили кофе и разбрелись кто куда. Один только Муми-папа остался дома читать газету. - Так, так, - сказал он. - Стало быть, и вы тоже проснулись. Удивительно пустая сегодня газета. Ручей прорвал запруду и уничтожил поселение муравьев. Жертв не было. А еще в четыре часа утра в долину прилетела первая весенняя кукушка и проследовала дальше на восток. - Посмотри-ка, что мы нашли, - гордо сказал Муми-тролль. - Мировецкий черный цилиндр, как раз для тебя. Муми-папа оглядел шляпу со всех сторон, а потом примерил перед зеркалом в гостиной. Шляпа была для него чуточку великовата и тяжела, но общее впечатление было весьма внушительное. - Мама! - позвал Муми-тролль. - Поди-ка взгляни на папу! Муми-мама открыла дверь да так и застыла на пороге от удивления. - Ну как, идет? - спросил Муми-папа. - Идет-то идет, - отвечала Муми-мама. - У тебя в ней очень мужественный вид. Вот разве что чуточку великовата. - А так не лучше будет? - спросил Муми-папа и сдвинул шляпу на затылок. - Мм... и так ничего, - сказала Муми-мама, - только, пожалуй, без шляпы ты выглядишь гораздо солиднее. Муми-папа оглядел себя в зеркале и спереди и сзади, оглядел с боков и со вздохом положил шляпу на комод. - Ты права, - сказал он. - Не шляпа красит человека, а человек шляпу. - Не то хорошо, что хорошо, а что к чему идет, - добродушно заметила Муми-мама. - Ешьте побольше яиц, дети, ведь вы прожили на хвойных иголках целую зиму! И она снова ушла на кухню. - Но ведь должна же она на что-нибудь пригодиться! - не унимался Снифф. - Такая прекрасная шляпа! - Используем ее вместо корзины для бумаг, - ответил Муми-папа и удалился наверх писать мемуары (большую книгу о своей бурной юности). Снусмумрик поставил шляпу на пол между комодом и кухонной дверью. - Ну вот, теперь у вас прибавилось обстановки, - сказал он, широко ухмыляясь: радость обладания вещами была ему совершенно чужда. Он вполне обходился старым платьем, которое носил с того момента, когда родился (где и как - неизвестно), и единственное, с чем он никогда не расставался, была губная гармошка. - Покончите с завтраком, пойдем проведаем снорков, - сказал Муми-тролль и, прежде чем выйти в сад, бросил яичную скорлупу в новую корзину для бумаг, потому что (иногда) он был очень аккуратный мумитролль. Гостиная опустела. А в углу, между комодом и дверью на кухню, осталась шляпа Волшебника с яичной скорлупой. И тут сотворилось чудо: яичная скорлупа начала преображаться. Дело в том, что всякая вещь, если она достаточно долго пролежит в шляпе Волшебника, превращается в нечто совершенно иное - и никогда нельзя знать заранее, во что именно. Муми-папе ужасно повезло, что шляпа ему не подошла: побудь он в ней чуточку подольше - и только покровителю всех троллей и Сниффов известно, какая участь его ожидала. Муми-папа заработал лишь легкую головную боль (которая прошла после обеда). Зато яичные скорлупки, оставшиеся в шляпе, мало-помалу начали менять свой вид. Они сохранили белый цвет, но все росли и росли в размерах и стали мягкими и пухлыми. Немного погодя они целиком заполнили шляпу, а потом из шляпы выпорхнули пять маленьких круглых тучек. Они выплыли на веранду, мягко спустились с крыльца и повисли в воздухе над самой землей. А в шляпе Волшебника стало пусто. - Это надо же! - сказал Муми-тролль. - Уж не пожар ли? - обеспокоенно спросил Снорк. Тучки неподвижно стояли перед ними и словно чего-то ждали. Фрекен Снорк тихонечко протянула лапу и потрогала тучку, которая была к ней поближе. - Совсем как вата! - удивленно сказала она. Тут все придвинулись ближе и стали ощупывать тучки. - Подушка, да и только, - сказал Снифф. Снусмумрик осторожно толкнул одну из тучек. Она проплыла немного в воздухе и снова застыла на месте. - Чьи они? - спросил Снифф. - Как они попали на веранду? Муми-тролль только покачал головой в ответ. - Таких чудес со мной еще не вытворялось, - сказал он. - Пожалуй, надо позвать маму. - Нет, нет! - возразила фрекен Снорк. - Исследуем их сами. - Она прижала тучку к земле и погладила ее лапами. - Какая мяконькая! - В следующее мгновение она уже сидела на тучке и с хихиканьем подскакивала на ней. - А я-то! А я-то! - завопил Снифф и мигом взобрался на другую тучку. - А ну давай! И только он крикнул: "А ну давай!" - как тучка поднялась над землей и описала небольшую изящную дугу. - О господи! - изумленно воскликнул Снифф. - Она движется! Тут уж и все остальные взобрались каждый на свою тучку и закричали: "А ну давай! Гоп!" Тучки, словно большие послушные кролики, парили над землей. Ими можно было управлять - это открытие сделал Снорк. Легкий нажим одной ногой - поворот. Обеими ногами - полный вперед. Чуть покачаешь тучку - и она набирает высоту. Все это было страшно занятно. Расхрабрившись, они взлетали до верхушек деревьев и даже на крышу Муми-дома. А Муми-тролль остановился на своей тучке перед окном Муми-папы и громко крикнул: "Кукареку!" (Ему просто не пришло в голову ничего более умного, в таком восторге он был.) Муми-папа выронил ручку и бросился к окну. - Клянусь моим хвостом! - вырвалось у него. - Клянусь моим хвостом! Больше он ничего не мог сказать. - Из этого выйдет мировая глава для твоих мемуаров, - сказал Муми-тролль и, подрулив к кухонному окну, позвал маму. Но Муми-мама спешно готовила мясо с картошкой и луком, и ей было некогда. - Что ты еще там придумал, золотко мое? - спросила она. - Смотри не упади! А внизу в саду Снорк и Снусмумрик изобрели новую игру. Они с разгона сталкивались друг с другом, и кто сваливался на землю, тот проигрывал. - Сейчас я тебе покажу! - кричал Снусмумрик, пришпоривая тучку. - А ну пошла! Но Снорк ловко вильнул в сторону и коварно напал на него снизу. Тучка Снусмумрика накренилась, и он воткнулся головой в цветочную клумбу, да так, что шляпа налезла ему на нос. - Третий раунд! - закричал Снифф - он был судьей и парил чуть повыше противников. - Счет два - один! По местам! Готовы? Начали! - Прокатимся немножечко вместе? - предложил Муми-тролль фрекен Снорк. - С удовольствием, - ответила она и подрулила к нему. - А куда? - Давай разыщем Хемуля. То-то он удивится! Они облетели все излюбленные места Хемуля, но его нигде не было. - Обычно он никогда не уходит из дому надолго, - сказала фрекен Снорк. - В последний раз, когда я его видела, он разбирал свои почтовые марки. - Так ведь это было полгода назад, - заметил Муми-тролль. - Ой, верно! - отозвалась фрекен Снорк. - Ведь мы же проспали всю зиму. - И сладко тебе спалось? - спросил Муми-тролль. Фрекен Снорк с изяществом перепорхнула через верхушку дерева и, немного подумав, ответила: - Мне снился страшный сон. Какой-то противный дядька в черном цилиндре глядел на меня и усмехался. - Странно, - сказал Муми-тролль. - И мне то же самое снилось. А что, он был в белых перчатках? - Вот-вот, - кивнула фрекен Снорк. Они плавно парили между деревьями, думая о своем сне, и вдруг увидели Хемуля. Он брел по лесу, заложив руки за спину и уставившись носом в землю. Муми-тролль и фрекен Снорк спланировали вниз, пристроились у него по бокам и разом крикнули: - С добрым утром! - Ой! - вскрикнул Хемуль. - Ну и испугался же я! Разве вы не знаете, что мне нельзя устраивать такие сюрпризы? У меня сердце в пятки уходит. - Ах, прости, - сказала фрекен Снорк. - А ты видишь, на чем мы едем? - Диковина, ничего не скажешь, - ответил Хемуль. - Ну да уж мне не в новинку, что у вас что ни шаг - то диковина. А я вот захандрил. - С чего бы это? - сочувственно спросила фрекен Снорк. - Хандрить в такой славный денек! Хемуль покачал головой. - Не поймете вы меня. - Как-нибудь постараемся, - сказал Муми-тролль. - Опять потерял какую-нибудь опечатку? - Как раз нет, - мрачно ответил Хемуль. - У меня все цело. Все до единой марки. Моя коллекция совершенна. - Ну так что же тогда? - подбодрила его фрекен Снорк. - Я знал, что вы меня не поймете. Муми-тролль и фрекен Снорк озабоченно переглянулись. Они поотстали от Хемуля из уважения к его горю и держались теперь позади. А Хемуль продолжал брести дальше. Они терпеливо выжидали, когда он поведает им свою печаль. И вот немного погодя Хемуль воскликнул: - Нет! Это бессмысленно... А еще немного погодя сказал: - К чему все, все? Можете использовать мою коллекцию вместо туалетной бумаги! - Да что с тобой, Хемуль! - взволнованно воскликнула фрекен Снорк. - Ты прямо-таки кощунствуешь. У тебя самая лучшая коллекция марок на свете! - В том-то и дело! - в отчаянии сказал Хемуль. - Она закончена! На свете нет ни одной марки, ни одной опечатки, которой бы у меня не было. Ни одной, ни одинешенькой. Чем же мне теперь заняться? - Я, кажется, начинаю понимать, - медленно произнес Муми-тролль. - Ты перестал быть коллекционером, теперь ты всего-навсего обладатель, а это вовсе не так интересно. - Да, - с убитым видом подтвердил Хемуль, - вовсе не интересно. Он остановился и повернул к ним нахмуренное лицо. - Милый Хемуль, - сказала фрекен Снорк и тихонько похлопала его по руке. - Я вот что надумала. Не начать ли тебе собирать что-нибудь другое, совсем другое? - Это идея, - согласился Хемуль. Но морщины по-прежнему не сходили с его лба: он попросту не мог радоваться после такого серьезного огорчения. - Ну, скажем, бабочки? - предложил Муми-тролль. - Это исключено, - сказал Хемуль, и лицо его помрачнело еще больше. - Бабочек коллекционирует мой двоюродный брат. А я терпеть его не могу. - Ну а кинозвезды? - спросила фрекен Снорк. Хемуль лишь презрительно фыркнул. - Может быть, драгоценности? - с надеждой спросила фрекен Снорк. - Ведь драгоценностям никогда не будет конца! - Тьфу! - только и сказал Хемуль. - Ну больше я ничего не могу придумать, - молвила фрекен Снорк. - Ладно, что-нибудь мы тебе подберем, - утешил его Муми-тролль. - Уж мама-то наверняка сумеет. Да, кстати, ты не видал Ондатра? - Он еще спит, - грустно ответил Хемуль. - Он считает, что незачем вставать так рано, и, в сущности, он прав. И Хемуль в одиночестве побрел дальше по лесу. А Муми-тролль и фрекен Снорк поднялись над верхушками деревьев и, плавно покачиваясь, поплыли в солнечном блеске. При этом они не переставая думали о том, что бы предложить Хемулю для коллекционирования. - Может быть, раковины? - сказала фрекен Снорк. - Или пуговицы от штанов? - сказал Муми-тролль. Когда они вернулись домой обедать. Хемуль поджидал их на крыльце. Он весь так и сиял от радости. - Ну? - спросил Муми-тролль. - На чем же ты остановился? - Растения! - воскликнул Хемуль. - Займусь ботаникой. Это меня Снорк надоумил. Соберу самый замечательный гербарий на свете! И он развернул полы юбки [Хемуль всегда ходил в платье, унаследованном от тетки. Подозреваю, что все хемули ходят в юбках. Странно, но факт. (Здесь и далее примеч. автора.)] и показал свою первую добычу. Это был тоненький стебелек гусиного лука, облепленный комьями земли и листьями. - Gagea lutea, - гордо сказал Хемуль. - Номер первый в коллекции. Безупречный экземпляр. Он вошел в дом и вывалил содержимое юбки на обеденный стол. - Ступай-ка в уголок, - сказала Муми-мама. - Здесь будет стоять суп. Ну как, все в сборе? Ондатр еще спит? - Без задних ног, - высказался Снифф. - Веселый был сегодня денек? - спросила Муми-мама, наполняя тарелки. - Ужасно веселый! - хором ответило все Муми-семейство. Когда наутро Муми-тролль пошел выпустить тучки из дровяного сарая, их там не оказалось. И никому в голову не пришло, что они имеют какое-либо отношение к пяти яичным скорлупкам, которые как ни в чем не бывало снова лежали в шляпе Волшебника. Глава вторая, в которой рассказывается о том, как Муми-тролль превратился в страшилище и в конце концов отомстил муравьиному льву, а также о таинственном ночном похождении Муми-тролля и Снусмумрика Как-то тихим теплым днем, когда над долиной шел летний дождь, обитатели Муми-дома решили сыграть в прятки. Снифф отошел в угол, закрыл лапами лицо и стал громко считать до десяти. Затем повернулся и начал искать, сперва в обычных потайных местечках, а потом в необычных. Муми-тролль спрятался под столом на веранде, но на душе у него было неспокойно: слишком уж неподходящее место он выбрал, это факт. Снифф непременно приподымет скатерть, и тогда он пропал. Муми-тролль отчаянно шарил глазами вокруг, и тут его взгляд упал на цилиндр, который кто-то задвинул в угол веранды. Лучше и не придумаешь! Снифф ни за что не догадается искать его под шляпой. Муми-тролль быстро и бесшумно прополз в угол и натянул на себя шляпу. Она доходила ему лишь до живота, но это ничего. Он присядет, подберет хвост и станет совсем невидим. Муми-тролль знай себе похихикивал, слыша, как Снифф одного за другим отыскивает участников игры. Хемуль, похоже, опять спрятался под диван, на лучшее у него просто не хватает воображения. Ну а вот теперь все гурьбой бегают по дому и ищут его, Муми-тролля. Он все ждал и ждал, и лишь когда его взяло опасение, что им надоест искать, вылез из шляпы, просунул голову в дверь и сказал: - Я тута! Снифф посмотрел на него каким-то странно долгим взглядом, потом с поразительным дружелюбием ответил: - Я сам тута. - Это кто такой? - прошептала фрекен Снорк. Остальные лишь покачали головами и продолжали пристально рассматривать Муми-тролля. Бедняжка Муми-тролль! В шляпе Волшебника он превратился в очень странное на вид существо. Все, что было у него округлым, стало узким, все маленькое - большим. А самым поразительным было то, что только он один не видел, каким он стал. - Во как вы все удивились, - сказал Муми-тролль, делая неуверенный шаг вперед на длинных шатучих ногах. - Вам ни за что не догадаться, где я был! - А нам и дела нет, - сказал Снорк. - Ну а что мы удивились, так это верно, тут кто угодно удивится, такой у тебя мерзкий вид. - Чего вы на меня надулись? - жалобно спросил Муми-тролль. - А, понятно, вам слишком долго пришлось искать! Что же делать теперь? - По-моему, прежде всего ты должен представиться, - холодно заметила фрекен Снорк. - Ведь мы знать не знаем, кто ты такой. Муми-тролль уставился на нее в оба глаза, но тут у него мелькнула мысль, что это наверняка какая-то новая игра. Он весело рассмеялся и сказал: - Я король Калифорнии! - А я сестра Снорка, - сказала фрекен Снорк. - Вот это мой брат. - А меня зовут Снифф, - сказал Снифф. - А я - Снусмумрик, - сказал Снусмумрик. - Фу, какие вы нудные, - сказал Муми-тролль. - Не могли выдумать ничего оригинальнее. Пошли во двор, погода, кажется, проясняется. Он спустился с крыльца, и все последовали за ним, удивленные и полные недоверия. - Кто это? - спросил Хемуль, сидевший возле дома и считавший тычинки в подсолнухе. - Король Калифорнии, - нерешительно ответила фрекен Снорк. - Он что, будет жить с нами? - спросил Хемуль. - Это должен решить Муми-тролль, - сказал Снифф. - Ума не приложу, куда он запропастился. - Нет, порой ты и вправду бываешь занятный! - расхохотался Муми-тролль. - Подумать только - мы должны искать Муми-тролля! - А ты с ним знаком? - спросил Снусмумрик. - Ха-ха-ха! - закатывался Муми-тролль. - Нашел о чем спрашивать! Очень даже знаком, правда-правда! Казалось, еще немного - и он лопнет от восторга, так нравилась ему новая игра. Да к тому же он полагал, что великолепно выдерживает свою роль. - Когда же ты с ним познакомился? - спросила фрекен Снорк. - Мы родились одновременно, - отвечал Муми-тролль, не в силах сдержать рвущееся наружу веселье. - Это такой негодник! Его просто нельзя пускать в порядочный дом! - Не смей так говорить о Муми-тролле! - вскипела фрекен Снорк. - Он самый лучший тролль на свете, и мы все ужасно любим его! Муми-тролль не помнил себя от восторга. - В самом деле? - сказал он. - Ну а на мой взгляд, он сущий разбойник, да и только! Фрекен Снорк разревелась. - А ну вали отсюда, - грозно сказал Снорк. - Не то мы тебя так отдубасим, что своих не узнаешь! Муми-тролль опешил. - Ну, ну, - сказал он. - Ведь это всего-навсего игра. Я страшно рад, что вы так меня любите. - Никто тебя не любит! - пронзительно крикнул Снифф. - Бей его, ребята! Гнать отсюда гадкого короля, пусть знает, как наговаривать на нашего Муми-тролля! И все скопом набросились на бедняжку. Он был слишком ошеломлен, чтобы защищаться, а когда вошел в раж, было уже поздно: он лежал в самом низу галдящей кучи малы, во все стороны махавшей руками, лапами и хвостами. Тут на крыльцо вышла Муми-мама. - Что с вами, дети? - крикнула она. - Прекратить сию же минуту! - Даем взбучку королю Калифорнии! - всхлипнула фрекен Снорк. - Так ему и надо! Муми-тролль выбрался из кучи малы рассерженный и обессилевший. - Мама! - крикнул он. - Они первые начали! Трое против одного - это несправедливо! - Согласна, - серьезно ответила Муми-мама. - Но ты, несомненно, раздразнил их. Кстати сказать, кто ты такой, малыш? - Прекратите эту глупую игру! - крикнул Муми-тролль. - С вами совсем неинтересно играть! Я Муми-тролль, а вот моя мама. Слышите? - Никакой ты не Муми-тролль, - презрительно сказала фрекен Снорк. - У Муми-тролля такие славные маленькие ушки, а у тебя вон какие лопушищи! Муми-тролль в смятении схватился за голову и нащупал пару большущих, в складках ушей. - Но ведь я же Муми-тролль! - в отчаянии крикнул он. - Неужели вы мне не верите? - У Муми-тролля такой маленький, аккуратненький хвостик, а у тебя хвостище, как щетка для чистки ламп, - сказал Снорк. Увы, это было так! Муми-тролль убедился в этом, ощупав себя сзади дрожащими лапами. - У тебя глазищи словно тарелки, - сказал Снифф. - А у Муми-тролля такие маленькие приветливые глазки. - Совершенно верно, - подтвердил Снусмумрик. - Ты самозванец, - заключил Хемуль. - Неужели никто мне не верит? - воскликнул Муми-тролль. - Мамочка, погляди на меня, уж ты-то должна узнать свое Муми-дитя. Муми-мама поглядела в его испуганные глаза-тарелки, она глядела в них долго-долго и наконец сказала: - Да, это Муми-тролль. И не успела она это промолвить, как Муми-тролль начал преображаться. Его глаза, уши и хвост уменьшились, а нос и живот увеличились. И вот уже перед ними стоит Муми-тролль во всем своем великолепии, такой, каким был. - Иди же, я обниму тебя, - сказала Муми-мама. - Уж моего-то маленького Муми-сына я узнаю всегда, что бы ни случилось. Немного погодя в тот же день Муми-тролль и Снорк сидели в одном из своих потайных местечек - под кустом жасмина в круглом гроте из зеленой листвы, укрывавшей их со всех сторон. - Да, но ведь кто-то же тебя заколдовал, иначе быть не может, - сказал Снорк. Муми-тролль отрицательно покачал головой. - Я не видел ничего особенного, - ответил он. - Ничего такого не ел, не произносил никаких опасных слов. - А не попал ли ты, случаем, в заколдованный круг? - предположил Снорк. - Не знаю, - ответил Муми-тролль. - Я все время сидел под черной шляпой, которая у нас вместо корзины для бумаг. - В шляпе? Внутри? - переспросил Снорк, словно осененный догадкой. - Ну да. Они задумались и некоторое время сидели молча, потом разом воскликнули: - Все ясно, в ней-то и дело! И пристально посмотрели друг на друга. - Пошли! - сказал Снорк. Они поднялись на веранду и осторожно приблизились к шляпе. - Очень даже обыкновенная шляпа, - сказал Снорк. - Разумеется, если не принимать во внимание, что цилиндр, вообще-то говоря, шляпа очень даже необыкновенная. - Но как узнать, что это она все наделала? - спросил Муми- тролль. - Я в нее больше не полезу! - Может, заманим туда кого-нибудь? - предложил Снорк. - Но ведь это подло! - возразил Муми-тролль. - Почем знать, а вдруг этот кто-нибудь уже не превратится в самого себя? - А если взять врага? - Гм... - отозвался Муми-тролль. - Кого именно? - Дикобраза, - сказал Снорк. Муми-тролль потряс головой. - Дикобраз слишком велик. - Ну тогда муравьиного льва. - Этот подойдет, - одобрил Муми-тролль. - Муравьиный лев затащил раз мою маму в нору и насыпал ей в глаза песку. Они нашли большую банку и отправились к морю: как раз там, на песчаном берегу, устраивает свои коварные норы муравьиный лев. Вскоре Снорк нашел большую круглую яму и отчаянно замахал Муми-троллю. - Он тут! - прошептал Снорк. - Только как мы заманим его в банку? - Это я возьму на себя, - шепотом ответил Муми-тролль. Он взял банку, закопал ее в песок отверстием вверх и громко сказал: - Жалкие козявки эти муравьиные львы. После чего сделал Снорку знак, и оба выжидающе уставились в яму. Песок на ее дне зашевелился, но никто не показывался. - Просто жалкие козявки! - повторил Муми-тролль. - Даже в песок они зарываются часами, копуши! - Так-то оно так, но... - с сомнением начал Снорк. - Да что там! - перебил Муми-тролль, делая ему яростные знаки ушами. - Просто копуши! И в то же мгновение из ямы в песке высунулась грозная голова с выпученными глазами. - Копуши, говоришь? - прошипел муравьиный лев. - Да я закапываюсь в песок за три секунды! - Тогда, может, дяденька лев покажет нам, как это делается, вот мы и поверим, - вкрадчиво произнес Муми-тролль. - Я и вас засыплю песком! - сердито сказал муравьиный лев. - И когда вы окажетесь в моей норе, я вас съем! - Пожалуйста, не надо! - испуганно сказал Снорк. - Лучше покажите нам, как вы умеете закапываться задом наперед за три секунды! - Сделайте это вот тут, тогда мы лучше увидим, - сказал Муми-тролль и показал на то место, где была закопана банка. - Неужели вы думаете, у меня только и забот, что проделывать фокусы перед всякой малышней? - сказал муравьиный лев, но соблазн показать свою силу и ловкость был слишком велик. Презрительно фыркая, он выбрался из ямы и надменно спросил: - Ну, где я должен зарыться? - Вот тут, - показал Муми-тролль. Муравьиный лев пожал плечами и устрашающе взъерошил гриву. - Так смотрите же, крошки-малявки! - крикнул он. - Сейчас я уйду под землю, а как вернусь, съем вас! Раз, два, три! И, вращаясь словно пропеллер, муравьиный лев задом наперед ушел в песок, прямо в банку. Это и вправду произошло за три секунды, а может, чуть быстрее - за две с половиной, потому что лев ужасно рассердился. - Крышку, живо! - крикнул Муми-тролль. Они расшвыряли над банкой песок и крепко-накрепко завинтили крышку. Потом вынули банку и покатили ее домой. Муравьиный лев кричал и сыпал проклятиями, но толстый слой песка заглушал его голос. - Он рвет и мечет, - сказал Снорк. - Страшно подумать, что будет, если он выберется наружу! - Не выберется, - спокойно отвечал Муми-тролль. - когда выберется, то, надеюсь, в преображенном виде, каким-нибудь страшилой. Подойдя к дому, Муми-тролль сунул лапы в рот и издал три долгих свистка (что означало: произошло неслыханное событие). Друзья сбежались к нему со всех сторон и сгрудились вокруг банки. - Что там у вас? - спросил Снифф. - Муравьиный лев, - гордо отвечал Муми-тролль. - Самый взаправдашний злющий муравьиный лев, мы поймали его. - Подумать только, какие вы смелые! - с восхищением сказала фрекен Снорк. - А теперь мы хотим пересадить его в шляпу, - сказал Снорк. - Чтобы он превратился в страшилище, как случилось со мной, - сказал Муми-тролль. - Говори прямо, если хочешь, чтобы тебя понимали, - сказал Хемуль. - Ну, стало быть, я спрятался в цилиндр, оттого и преобразился, - пояснил Муми-тролль. - А теперь хотим поставить контрольный опыт - посмотреть, превратится ли муравьиный лев во что-нибудь. - Но ведь он может превратиться в кого угодно! - воскликнул Снифф. - И станет еще страшнее, чем муравьиный лев! Вот возьмет и съест всех нас! Некоторое время все стояли в боязливом молчании, разглядывая банку и слушая приглушенные вопли, доносившиеся изнутри. - Ой! - сказала фрекен Снорк. - Ой! - И совершенно обесцветилась. [Снорки часто меняют окраску при душевном волнении.] - А мы спрячемся под столом, пока он будет преображаться, а шляпу прикроем толстой книгой, - предложил Снусмумрик. - Кто экспериментирует, тот всегда рискует. Валите его в шляпу! Снифф метнулся под стол. Муми-тролль, Снусмумрик и Хемуль держали банку над шляпой Волшебника, а фрекен Снорк осторожно отвинчивала крышку. В вихрях песка муравьиный лев провалился в шляпу, и Снорк тут же прикрыл шляпу словарем иностранных слов. После этого все кучей бросились к столу и спрятались под ним. Но ничего особенного не произошло. Они выглядывали из-под скатерти и ждали. Их беспокойство все возрастало. Но в шляпе все было тихо. - Все это ерунда, - сказал Снифф. И как раз в это мгновение словарь иностранных слов начал съеживаться. Снифф от волнения укусил Хемуля за палец. - Осторожно! - сердито сказал Хемуль. - Ты укусил меня за палец. - Ой, прости, - сказал Снифф. - Я думал, это мой палец. А словарь съеживался и съеживался. Его страницы походили теперь на увядшие листья. Иностранные слова вылезли из него и расползлись по полу. - Это надо же! - сказал Муми-тролль. И вдруг что-то произошло. С полей шляпы закапало. Полилось. Вода потоками выплескивалась на ковер, и иностранным словам пришлось искать спасения на стенах. - Муравьиный лев превратился в воду, и все, - разочарованно сказал Снусмумрик. - А мне кажется, это песок стал водой, - прошептал Снорк. - Сейчас появится и сам лев. Снова потянулось невыносимое ожидание. Фрекен Снорк спрятала голову на груди Муми-тролля, Снифф попискивал от страха. И вот на полях шляпы показался ежик - наверное, самый маленький ежик на свете. Весь взъерошенный, мокрый, он поводил носом во все стороны, подслеповато щуря глаза. Несколько секунд в комнате стояла мертвая тишина. А потом Снусмумрик расхохотался. Когда он остановился перевести дух, остальные продолжили за него. Все не то что смеялись, а буквально ревели и катались от радости под столом. Не смеялся один только Хемуль. Он с удивлением поглядел на своих друзей и сказал: - Да, но ведь мы и так знали, что муравьиный лев преобразится! Ума не приложу, чего вы всегда поднимаете столько шуму из-за самых обыкновенных вещей. А ежик тем временем с торжественным и чуточку печальным видом прошествовал к выходу и спустился с крыльца. Вода перестала лить из шляпы и лужей растеклась по полу веранды. А весь потолок кишел иностранными словами. Когда о случившемся рассказали Муми-папе и Муми-маме, они отнеслись к происшествию очень серьезно и решили, что шляпу Волшебника надо уничтожить. Ее осторожно скатили вниз к реке и сбросили в воду. - Теперь понятно, откуда взялись тучки и страшилище, - сказала Муми-мама, стоя на берегу и глядя, как шляпа уплывает вниз по течению. - А что, тучки-то были мировые, - сказал несколько расстроенный Муми-тролль. - Пускай бы их было еще больше. - Ну да, а также воды и иностранных слов, - сказала Муми-мама. - Боже, что стало с верандой! Ума не приложу, как теперь избавляться от этой ползучей мелюзги. Путается везде под ногами, и никакого порядка в доме! - Все равно тучки были мировые, - упорствовал Муми-тролль. Вечером ему не спалось. Он лежал и смотрел в светлую июньскую ночь, полную одиноких криков, плясок и шороха крадущихся шагов. Благоухали цветы. Снусмумрик еще не возвращался. В такие ночи он часто бродил один со своей губной гармошкой. Но в эту ночь его песен не было слышно. Наверное, он отправился в путешествие, делать какие-нибудь открытия. Скоро он разобьет на речном берегу палатку и совсем перестанет ночевать дома... Муми-тролль вздохнул. Ему было грустно, хотя тужить было не о чем. Тут под окошком раздался негромкий свист, и сердце Муми-тролля так и подпрыгнуло от радости. Он тихонько подошел к окну и выглянул наружу. Свист означал: совершенно секретно! Внизу у веревочной лестницы стоял Снусмумрик. - Ты умеешь хранить тайны? - шепотом спросил он, когда Муми- тролль спустился вниз. Муми-тролль с жаром потряс головой. Снусмумрик склонился к нему и сказал еще тише: - Шляпу вынесло на сушу, на песчаную отмель чуть ниже по реке. В глазах Муми-тролля сверкнул огонек. - Ты согласен? - спросил Снусмумрик простым поднятием бровей. - Еще бы! - отвечал Муми-тролль чуть заметным шевелением ушей. Словно тени, проскользнули они росистым садом к реке. - Это за две излучины отсюда, - понизив голос, сказал Снусмумрик. - Собственно говоря, спасти ее - наш долг; вода, которая в нее затекает, становится красной. Все, кто живет вниз по течению, в ужас придут от этой жуткой воды. - Нам следовало подумать об этом с самого начала, - сказал Муми-тролль. Он был горд и рад, что ему довелось выйти вот так ночью вместе со Снусмумриком. Прежде Снусмумрик всегда уходил в свои ночные странствия один. - Где-то здесь, - сказал Снусмумрик. - В том месте, где в воде начинается темная полоса. Видишь? - Не очень, - отвечал Муми-тролль, который шел в полутьме, спотыкаясь на каждом шагу. - Я не так хорошо вижу ночью, как ты. - Не представляю, как мы ее достанем, - размышлял вслух Снусмумрик, остановившись на берегу и глядя на реку. - Как жалко, что у твоего отца нет лодки. Муми-тролль задумался. - Я не так уж плохо плаваю, - сказал он наконец. - Если только вода не слишком холодная. - Куда тебе! - с недоверием сказал Снусмумрик. - А вот возьму и поплыву, - сказал Муми-тролль, и всю его робость как рукой сняло. - В какой это стороне? - Вон там, наискосок, - ответил Снусмумрик. - Ты очень скоро нащупаешь дно отмели. Только смотри не суй в шляпу лапы. Бери за тулью. Муми-тролль скользнул в теплую воду и по-собачьи поплыл по реке. Течение здесь было сильное, и сначала он чувствовал себя неуверенно. Но вот он увидел отмель, а на ней что-то черное. Он подрулил хвостом и тотчас же нащупал лапами дно. - Ну как, порядок? - негромко окликнул его с берега Снусмумрик. - Порядок! - отозвался Муми-тролль и выбрался на отмель. От шляпы вниз по течению тянулась темная струя. Это и была та волшебная красная вода, о которой говорил Снусмумрик. Муми-тролль сунул в нее лапу и осторожно лизнул. - Это надо же! - пробормотал он. - Ведь это фруктовый сок! Подумать только, теперь стоит зачерпнуть шляпой воды, и у нас будет сколько угодно фруктового сока! И, не помня себя от восторга, он издал свой самый радостный воинственный клич: "Пи-хо!" - Ну что, нашел? - озабоченно спросил Снусмумрик. - Плыву обратно! - ответил Муми-тролль и вновь вошел в воду, крепко обвив шляпу хвостом. Плыть против течения, буксируя за собой тяжелую шляпу, было нелегко, и, достигнув берега, он почувствовал ужасную усталость. - Вот, - тяжело переводя дух, гордо промолвил он. - Молодец, - сказал Снусмумрик. - Но где же нам ее спрятать? - Во всяком случае, не в Муми-доме, - ответил Муми-тролль. - Да и в саду вряд ли можно. Ее могут найти. - А что, если в гроте? - сказал Снусмумрик. - Тогда придется посвятить в тайну Сниффа, - сказал Муми- тролль. - Ведь грот-то его. - Место самое подходящее, - раздумчиво сказал Снусмумрик. - Но Снифф слишком мал, чтобы доверить ему такую важную тайну. - Верно, - серьезно согласился Муми-тролль. - А знаешь, ведь нам впервые приходится делать что-то втайне от папы и мамы. Снусмумрик взял шляпу в охапку и пустился в обратный путь по берегу реки. Дойдя до моста, он вдруг остановился. - Что ты? - встревоженно прошептал Муми-тролль. - Канарейки! - ответил Снусмумрик. - Вон там на перилах три желтых канарейки. Чудно, что они ночуют не дома. - Никакая я не канарейка, - пропищала одна, та что была к ним поближе. - Я плотвичка. - Мы все самые порядочные рыбы! - проверещала ее подруга. Снусмумрик сокрушенно покачал головой. - Вот видишь, каких дел натворила шляпа, - сказал он. - Рыбешки, как видно, ничего не подозревая, заплыли в нее и преобразились. Так что давай-ка двинем прямо к гроту и спрячем ее там! Идя лесом, Муми-тролль все теснее жался к Снусмумрику. С обеих сторон тропинки слышались шорохи и шелест крадущихся шагов, веяло жутью. Временами из-за стволов деревьев выглядывали маленькие светящиеся глаза, временами кто-то окликал их с земли или из древесных кущ. - Ах, какая чудная ночь! - раздавался голос прямо за спиной Муми-тролля. - Замечательная! - набравшись духу, вторил он, и чья-то маленькая тень проскользнула мимо него в полутьме. На побережье было светлее. Море и небо сливались в сплошное бледно-голубое мерцающее пространство. Издали доносились одинокие призывные крики птиц. Близилось утро. Снусмумрик и Муми-тролль забрались в грот и поставили шляпу тульей вверх в самый укромный уголок, чтобы в нее ничто нечаянно не попало. Глава третья, в которой описывается, как Ондатр ушел от мира и пережил нечто неописуемое, как "Приключение" занесло Муми-семейство на остров хатифнаттов, где Хемуль чуть не сгорел, и как над путешественниками разразилась сильная гроза Наутро следующего дня, когда Ондатр по обыкновению вышел полежать с книгой в гамаке, веревка оборвалась, и он рухнул на землю. - Я этого не прощу! - сказал Ондатр, выпутываясь из одеяла. - Ах, какая досада, - сказал Муми-папа, поливавший саженцы табака. - Надеюсь, вы не ушиблись? - Не в том суть, - мрачно отвечал Ондатр, дергая себя за ус. - По мне, хоть земля тресни и огонь сойди с небес - мне дела нет. Это не из тех событий, которые могут смутить мой душевный покой. Но я терпеть не могу, когда меня ставят в смешное положение. Это роняет мое достоинство философа! - Но ведь только я один и видел, как вы грохнулись, - сказал Муми-папа. - Как будто этого мало, - сказал Ондатр. - Извольте вспомнить, чего только не натерпелся я в вашем доме! В прошлом году, например, на нас падала комета. Это ничего не значит. Зато вы, наверное, помните, что я уселся тогда на шоколадный торт вашей супруги. Это было чрезвычайно унизительно для моего достоинства. Ваши гости подкладывают щетки в мою постель - очень глупая шутка. Не говоря уже о вашем сыне Муми-тролле, который... - Знаю, знаю, - с виноватым видом упредил его Муми-папа. - Да, конечно, дом у нас неспокойный. Ну и веревки с годами перетираются... - Не смеют они этого делать! - сказал Ондатр. - Пусть бы я до смерти убился - это, разумеется, ничего не значит. Ну а если бы меня видели ваши молодые люди? Что тогда? Нет уж, лучше брошу все и снова уйду от мира, буду жить в покое и одиночестве. Это мое твердое решение. - О! - с глубоким уважением произнес Муми-папа. - Где же вы намерены поселиться? - В гроте, - ответил Ондатр. - Там никто не нарушит ход моих мыслей глупыми шутками. Еду будете присылать мне два раза в день. Но не раньше десяти часов. - Хорошо, - сказал Муми-папа, склонив голову. - Поставить вам там какую-нибудь мебель? - Это можно, - уже чуточку полюбезнее отвечал Ондатр. - Только самую простую. Я понимаю, вы желаете мне добра, но так или иначе ваше семейство вывело меня из терпения. Он забрал книгу и одеяло и медленно побрел вверх по склону. Муми-папа повздыхал немножко, а потом снова принялся поливать табак и вскорости обо всем позабыл. Ондатр пришел в грот очень довольный. Он расстелил на песке одеяло, уселся и стал думать. Думал он не переставая не меньше двух часов подряд. В гроте царили тишина и покой, сквозь расщелину в потолке заглядывало солнце, мягко озаряя место его уединения. Время от времени, когда сноп солнечного света уходил от Ондатра, тот тихонько подвигался следом за ним. "Тут я останусь навсегда, навсегда, - думал он. - Как все это бессмысленно - болтаться по разным местам, болтать лишнее, строить дома, заниматься стряпней и обзаводиться собственностью!" Умиротворенный, оглядел он свое новое жилище и увидел шляпу Волшебника, которую спрятали в самом дальнем углу Муми-тролль и Снусмумрик. "Корзина для бумаг, - отметил он про себя. - Так, стало быть, она здесь. Ну что ж, на что-нибудь да сгодится". Он подумал еще немного и решил вздремнуть. Завернулся в одеяло, положил в шляпу свои вставные зубы, чтобы не обвалять их в песке, и тихо-мирно заснул. А в Муми-доме тем временем завтракали, и на завтрак были оладьи - золотистые оладьи с малиновым вареньем. Еще была вчерашняя каша, но на нее никто не польстился, и кашу решили оставить на завтра. - Сегодня мне хочется чего-то необыкновенного, - сказала Муми-мама. - Мы избавились от зловредной шляпы - это событие надо отпраздновать. Да и надоедает все время сидеть на одном месте. - Что верно, то верно! - сказал Муми-папа. - Прогуляться нам не помешало бы. Как вы на это смотрите? - Мы уже во всех местах побывали, ни одного нового не найдется! - сказал Хемуль. - Должно найтись, - сказал Муми-папа. - А нет, так мы его выдумаем. Кончайте есть, малыши, - еду забираем с собой. - А можно доесть то, что уже во рту? - спросил Снифф. - Не валяй дурака, - сказала Муми-мама. - Быстренько соберите все необходимое. Папа хочет немедленно тронуться в путь. Только не берите ничего лишнего. Да, еще вот что: надо написать записку Ондатру, чтобы он знал, где мы. - Боже мой! - воскликнул Муми-папа и схватился за голову. - Совсем забыл! Надо отнести ему в грот что-нибудь из мебели и поесть! - В грот?! - разом вскрикнули Муми-тролль и Снусмумрик. - Ну да, у гамака оборвалась веревка, - пояснил Муми-папа, - и Ондатр сказал, что у него нет возмож- ности больше думать и он хочет от всего отказаться. Дескать, вы подкладывали щетки в его постель, и все такое прочее. Вот он и перебрался в грот. Муми-тролль и Снусмумрик побледнели и обменялись взглядами, в которых читалась одна и та же ужасная мысль: "Шляпа!" - Полагаю, все это не так страшно, - сказала Муми-мама. - Мы прогуляемся к морю и заодно принесем Ондатру поесть. - Мы столько раз бывали у моря, - захныкал Снифф. - Неужели нельзя поехать куда-нибудь еще? - Тихо, малыши! - твердо сказал Муми-папа. - Мама хочет купаться. Отправляемся сию минуту! Муми-мама бросилась собирать вещи в дорогу. Она брала с собой одеяла, кастрюли, бересту на растопку, кофейник, массу еды, подсолнечное масло, спички и все то, на чем, в чем и чем едят. Она укладывала зонтик, теплую одежду, порошки от расстройства желудка, подушки, сетки от комаров, плавки, скатерть и свою сумку. Она страшно суетилась, припоминала, не забыла ли чего, и наконец сказала: - Ну вот, теперь, кажется, все! Ах, как это чудесно - побывать у моря! Муми-папа взял свою трубку и удочку. - Ну как, готовы? - спросил он. - Ничего не забыли? Выходим! И они тронулись в путь. Последним шел Снифф, таща за собой шесть маленьких игрушечных лодочек. - Как по-твоему, успел Ондатр натворить дел? - шепотом спросил Муми-тролль у Снусмумрика. - Будем надеяться, нет! - шепотом отвечал Снусмумрик. - Только у меня все равно душа не на месте. Тут все остановились, да так внезапно, что папа чуть не угодил Хемулю удочкой в глаз. - Кто это так кричит?.. - взволнованно воскликнула Муми-мама. Лес сотрясался от дикого крика. Кто-то во весь опор мчался прямо в их сторону, подвывая не то от страха, не то от ярости. - Прячьтесь! - крикнул Муми-папа. - Это какое-то чудовище! Но не успели они броситься наутек, как показался Ондатр с вытаращенными глазами и встопорщенными усами. Он отчаянно размахивал лапами и нес какую-то несусветицу, никто не понимал, что он хочет сказать. Ясно было одно: то ли он рассердился, то ли испугался, то ли рассердился оттого, что испугался. Не останавливаясь, промчался он мимо них по направлению к Муми-долу. - Что с ним? - спросила потрясенная Муми-мама. - Ведь он всегда такой степенный, держится с таким достоинством. - Так убиваться из-за того, что порвалась веревка у гамака, - сказал Муми-папа и покачал головой. - А по-моему, он рассердился оттого, что мы забыли принести ему поесть, - сказал Снифф, - и теперь его доля достанется нам. В тревожных догадках пошли они дальше. А Муми-тролль и Снусмумрик незаметно ушли вперед и кратчайшим путем направились к гроту. - Входить через вход нельзя, - сказал Снусмумрик. - Вдруг оно все еще там. Заберемся на скалу и посмотрим через расщелину. В молчании вскарабкались они на скалу и, как индейцы, подползли к расщелине. Затем с величайшей осторожностью заглянули в грот. Шляпа Волшебника стояла на месте - пустая. В одном углу валялось одеяло, в другом - книга. В гроте никого не было. Но весь песчаный пол грота был испещрен какимито странными следами, словно в нем кто-то плясал и скакал. - Это не следы лап Ондатра! - сказал Муми-тролль. - Сомневаюсь, лапы ли это вообще, - сказал Снусмумрик. - Уж больно странно они выглядят! Приятели спустились со скалы, боязливо озираясь по сторонам. Но ничего страшного они не увидели. Что именно приключилось с Ондатром, осталось навеки покрытым тайной, потому что сам Ондатр решительно отказывался говорить на эту тему. [Если хочешь знать, во что превратились вставные зубы Ондатра, спроси у мамы. Она знает.] Тем временем остальные уже добрались до берега моря и кучкой стояли у воды, оживленно болтая и жестикулируя. - Они нашли лодку! - воскликнул Снусмумрик. - А ну, бежим смотреть! Это была сущая правда. Их взору предстала большая, настоящая парусная лодка, выкрашенная в лиловый и белый, с обшивкой кромка на кромку, с веслами и рыбным садком! - Чья это? - еще не отдышавшись, спросил Муми-тролль. - Ничья! - торжествующе ответил Муми-папа. - Ее прибило к нашему берегу, а по закону, кто первый нашел остатки кораблекрушения, тому они и принадлежат. Значит, она наша! - Ей надо дать имя! - воскликнула фрекен Снорк. - Что, если назвать ее "Дорогуля"? Прелесть какое имя! - "Дорогулю" оставь для себя, - презрительно отозвался Снорк. - Предлагаю назвать ее "Орел". - Нет, тут непременно нужна латынь! - воскликнул Хемуль. - "Muminates Maritima"! - Я первый ее увидел! - вскричал Снифф. - Мне и выбирать! Назовем ее "Снифф" - коротко и ясно. Будет жутко забавно! - Что жутко, так это точно, - издевательски заметил Муми-тролль. - Тихо, дети! - сказал Муми-папа. - Тихо. Разве не ясно, что название лодки должна выбрать мама? Ведь это она вытащила нас на прогулку. Муми-мама так вся и зарделась. - Куда уж мне, - застенчиво сказала она. - Вот Снусмумрик - тот действительно имеет богатое воображение. Уж конечно он придумает название лучше меня. - Право, не знаю, - сказал польщенный Снусмумрик. - По правде говоря, первое, что мне пришло в голову, это "Крадущийся волк" - исключительно стильно. - Нет, - сказал Муми-тролль, - пусть мама выберет. - Хорошо, мое золотко, - сказала Муми-мама. - Только не говорите потом, что я глупа и старомодна. Мне казалось, имя лодки должно напоминать нам о том, что она нам даст, ну я и подумала, что ее следует назвать "Приключение". - Здорово! - сказал Муми-тролль. - Давайте так и назовем ее и отпразднуем это! Мамочка, есть у тебя что-нибудь, что могло бы сойти за шампанское? Муми-мама обшарила все свои корзины. - Какая жалость! - воскликнула она. - Похоже, я забыла дома фруктовый сок! - А ведь я спрашивал, не забыла ли ты чего! - строго сказал Муми-папа. Все ужасно расстроились. Плавание под парусами на новой лодке, не окрещенной по всем правилам, может закончиться плачевно. И тут Муми-тролля осенило. - Давай мне кастрюли, - сказал он, наполнил кастрюли морской водой и отправился в грот. Вернувшись, он подал папе кастрюлю и сказал: - Ну-ка попробуй! Муми-папа отпил глоток и просиял от удовольствия. - Откуда это у тебя, сынок? - спросил он. - Секрет! - ответил Муми-тролль. Они наполнили волшебной водой банку из-под варенья и разбили ее об нос лодки. Муми-мама гордо продекламировала: "Сим крещу тебя на вечные времена, и имя тебе "Приключение" (такова формула крещения у всех муми-троллей), и все закричали "ура!". Затем корзины, одеяла, зонтики, удочки, подушки, кастрюли и плавки погрузили на борт, и Муми-семейство с друзьями поплыли по пустынному зеленому морю. Погода стояла чудесная, хотя и не совсем ясная, потому что солнце было затянуто легкой золотистой дымкой. С туго натянутым парусом "Приключение" стрелой неслось к горизонту. Волны звучно плескались в его борта, в снастях свистел ветер, а вокруг носа плясали русалки. Снифф связал шнурком свои игрушечные суденышки одно за другим, так что в кильватере у них плыла целая флотилия. Муми-папа рулил, Муми-мама дремала. Ведь очень редко случалось, чтобы вокруг нее было так спокойно. В вышине над ними кружили большие белые птицы. - Куда мы держим путь? - спросил Снорк. - Давайте поплывем на какой-нибудь маленький остров! - попросила фрекен Снорк. - Я еще никогда не бывала на острове! - Ну что ж, теперь ты имеешь такую возможность, - сказал Муми-папа. - Высадимся на первом же острове, который увидим. Муми-тролль свесился с носа, пытаясь рассмотреть морское дно. Это было страшно интересно - глядеть в зеленоватую толщу воды, которую рассекал нос лодки, распуская в стороны белые усы пены. - Я иду под парусами! - кричал Муми-тролль. - Мы плывем на остров! Пи-хо! Далеко в море, окруженный бурунами и подводными мелями, лежал необитаемый остров хатифнаттов. Раз в год хатифнатты собирались на нем, перед тем как вновь отправиться в свои бесконечные странствия вокруг света. Они стекались сюда со всех концов земли, безмолвные и серьезные, с маленькими белыми пустыми лицами. Зачем им эти ежегодные съезды, трудно сказать: хатифнатты не могут ни слышать, ни говорить, а взгляд их всегда направлен на что угодно, только не к той далекой цели, к которой они стремятся. Быть может, им просто хочется иметь место, где можно чувствовать себя как дома, где можно немного отдохнуть, повидаться со знакомыми? Съезды эти всегда происходят в июне, и вот случилось так, что Муми-семейство и хатифнатты прибыли на остров почти одновременно. Пустынный и манящий, возник он из моря в нарядном венце белоснежного прибоя и зеленых кущ. - Земля! - крикнул Муми-тролль. Все потянулись через борт посмотреть. - Тут есть пляж! - воскликнула фрекен Снорк. - И отличная гавань! - сказал Муми-папа. Изящно лавируя между отмелями, он провел лодку к берегу. Ее нос мягко ткнулся в песок. Муми-тролль спрыгнул с фалинем (так называется трос, которым лодка крепится к причалу) на сушу, и вскоре берег ожил, наполнился суетой и бурной деятельностью. Муми-мама сложила из камней очаг, чтобы подогреть оладьи, натаскала дров, расстелила на песке скатерть и на каждый угол положила по камню, чтобы ее не унесло ветром. Затем расставила чашки, закопала банку с маслом в сырой песок в тени от скалы и под конец украсила стол букетом береговых лилий. - Мы ничем не можем тебе помочь? - спросил Муми-тролль, когда все приготовления были закончены. - Вы должны обследовать остров, - сказала Муми-мама (уж она-то знала, чего им больше всего хочется). - Очень важно знать, куда мы попали. Вдруг нам грозит какая-нибудь опасность? - Верно, - сказал Муми-тролль, и они втроем - он, фрекен Снорк и Снифф - пошли вдоль южного берега, а Снусмумрик, любивший делать открытия в одиночку, - вдоль северного. Хемуль взял лопату, зеленую коробку для растений, увеличительное стекло и направился прямо в лес в надежде найти там диковинные, еще никем не открытые растения. Муми-папа устроился на камне поудить. Солнце незаметно склонялось к закату, золотистая дымка над морем сгущалась. В самой середине острова расстилалась ровная зеленая лужайка, окруженная цветущим кустарником. Это и было тайное место встреч хатифнаттов, где они собирались раз в год в середине лета. Их явилось уже сотни три, и ожидалось прибытие еще примерно четырехсот пятидесяти. Они молча ходили по траве и церемонно раскланивались друг с другом. Посреди лужайки стоял высокий, выкрашенный в синий цвет столб, а на нем висел большой барометр. Всякий раз, проходя мимо барометра, хатифнатты низко кланялись ему (и это выглядело очень смешно). А Хемуль тем временем бродил по лесу, собирая редкие цветы, пестревшие вокруг. Это были совсем не те цветы, что в Муми-доле, о нет, отнюдь нет! Посмотреть только на эти тяжелые серебристо-белые соцветия, словно отлитые из стекла, на эти двудольные чудо-цветы сумеречных тонов, на эти малиново-черные венчики, похожие на корону! Но Хемуль не видел всей этой красоты; он знай считал лепестки-тычинки и бормотал про себя: "Это будет номер двести девятнадцать в моем гербарии". Так вышел он на поляну хатифнаттов и побрел по ней, рьяно высматривая в траве редкие растения, и поднял глаза только тогда, когда стукнулся головой о столб. Тут только он с изумлением огляделся вокруг. Впервые в жизни он видел столько хатифнаттов зараз. Они кишели повсюду и смотрели на него своими маленькими блеклыми глазками. "Интересно, злые они или нет? - с беспокойством подумал Хемуль. - Маленькие-то они маленькие, да уж больно их много!" Хемуль осмотрел столб и висевший на нем большой блестящий барометр красного дерева. Барометр показывал дождь и ветер. "Странно", - подумал Хемуль, щурясь от блеска солнца, и щелкнул по барометру. Стрелка сильно упала. А хатифнатты угрожающе зашипели и сделали шаг в сторону Хемуля. - Пожалуйста, не беспокойтесь! - испуганно сказал Хемуль. - Я вовсе не собираюсь отнимать у вас барометр! Но хатифнатты не слышали его и сделали еще шаг в его сторону, шеренга за шеренгой, шипя и размахивая лапами. Хемуль страшно перетрусил и огляделся - как бы убраться восвояси. Враг окружал его стеной и подступал все ближе. А между деревьями мелькали все новые и новые хатифнатты, безмолвные, с неподвижными лицами. - Пошли прочь! - крикнул Хемуль. - Кыш! Кыш! Но хатифнатты продолжали беззвучно приближаться. Тут уж Хемуль подобрал свои юбки и давай карабкаться на столб. Столб был скользкий и грязный, но страх придал Хемулю нехемульскую силу, и вот уж он сидит, дрожа, на верхушке столба и держится за барометр. Хатифнатты подступили к столбу вплотную и ждали. Словно белый ковер, они покрывали собой всю поляну, и Хемуль содрогнулся при мысли, что будет, свались он на землю. - Караул! - крикнул он слабым голосом. - Спасите! Помогите! Лес безмолвствовал. Тогда Хемуль сунул два пальца в рот и засвистел. Три коротких свистка, три длинных и опять три коротких: SOS... Снусмумрик, шедший по северному берегу острова, уловил сигнал бедствия и поднял голову, прислушиваясь. Определив направление, он стремглав бросился на помощь. Слабый вначале, свист становился все явственнее. "Теперь где-то совсем близко", - подумаал Снусмумрик и стал осторожно красться вперед. Между деревьями открылся просвет, и он увидел поляну, хатифнаттов и Хемуля, уцепившегося за верхушку столба. "Ну и дела", - пробормотал про себя Снусмумрик и крикнул: - Эй! Я здесь! Как тебя угораздило настроить незлобивых хатифнаттов на столь воинственный лад? - Я только щелкнул по их барометру, - жалобно откликнулся Хемуль. - Стрелка упала. Попробуй прогнать этих противных тварей, милый Мумрик! - Сейчас подумаем, - ответил Снусмумрик. (Хатифнатты не слышали ни слова из их разговора, ведь ушей-то у них нет.) Немного погодя Хемуль крикнул: - Думай скорее, Мумрик, я, того и гляди, сползу вниз! - Ну так вот, - сказал Снусмумрик. - Помнишь, как у нас в саду завелись полевые мыши? Муми-папа вкопал тогда в землю много столбов и поставил на них пропеллеры-вертушки. Когда пропеллеры завертелись, их дрожание передалось земле, у мышей сдали нервы, и они убрались восвояси! - Ты всегда так интересно рассказываешь, - с горечью отозвался Хемуль. - Только, хоть убей, не пойму, какое это имеет отношение к моему бедственному положению! - Самое непосредственное! - ответил Снусмумрик. - Неужели не понимаешь? У хатифнаттов нет ни дара речи, ни слуха, только зрение, да и то совсем никудышное. Зато у них очень тонкая способность ощущать! Попробуй потряси столб маленькими толчками! Хатифнатты непременно почувствуют дрожание земли и испугаются. Будь спокоен, это проберет их до самых печенок. Они чувствительны, как радиоприемник! Хемуль попробовал пошатать столб. - Я свалюсь! - боязливо крикнул он. - Сильней, сильней! - крикнул Снусмумрик. - Маленькими толчками! Хемуль затряс столб, и немного погодя у хатифнаттов появилось неприятное ощущение в ногах. Они еще сильнее зашипели, беспокойно задвигались и наконец побежали все разом очертя голову. Поляна опустела в мгновение ока. Хемуль почувствовал такое облегчение, что, сам того не ведая, разжал руки и мешком плюхнулся на траву. - О, мое сердце! - запричитал он. - Оно опять ушло в пятки! С тех пор как попал я в Муми-семейку, так ничего хорошего и не вижу, кругом беспорядки да опасности! - Нишкни, - сказал Снусмумрик. - Ты еще дешево отделался. - Ух, негодные твари, - разорялся Хемуль. - Ну уж барометр-то я прихвачу с собой, пусть знают наших! - Лучше не трогай! - предостерег его Снусмумрик. Но Хемуль уже снял со столба барометр и с ликующим видом сунул его под мышку. - А теперь - к нашим, - сказал он. - Я страшно проголодался. Когда Снусмумрик и Хемуль вернулись, все сидели и угощались оладьями и щукой, которую Муми-папа выловил из моря. - Привет! - крикнул Муми-тролль. - А мы обошли весь остров. На той стороне есть ужасно дикие скалы, уходят прямо в море! - А мы видели кучу хатифнаттов! - поведал Снифф. - Штук сто, не меньше! - Не говорите мне о них, - с чувством произнес Хемуль. - Это выше моих сил. Лучше вот полюбуйтесь моим боевым трофеем. И он с гордостью выложил на скатерть барометр. - Ой, какая красивая штука! - воскликнула фрекен Снорк. - И какая блестящая! Это часы? - Нет, это барометр, - сказал Муми-папа. - Чтобы определять, какая будет погода - ясно или гроза. Иногда даже случается, он не врет. Муми-папа щелкнул по барометру и нахмурился. - Будет буря! - Сильная буря? - боязливо спросил Снифф. - А вот взгляни, - сказал Муми-папа. - Стрелка стоит на ноль-ноль - ниже просто некуда. Разве что он хочет сыграть с нами шутку! Но, судя по всему, барометр не шутил. Золотистая дымка сгустилась в желто-серую мглу, море на горизонте зловеще почернело. - Надо немедленно возвращаться домой! - сказал Снорк. - Не так сразу! - попросила фрекен Снорк. - Ведь мы не успели осмотреть толком скалы на той стороне! Мы даже не искупались! - Пожалуй, и вправду незачем так торопиться, - сказал Муми- тролль. - Посмотрим, что будет дальше. Ведь это так глупо - открыть остров и сразу домой. - Но ведь если грянет буря, плыть будет нельзя! - резонно заметил Снорк. - Вот и хорошо! - воскликнул Снифф. - Тогда мы останемся здесь навсегда. - Тихо, дети! Я должен подумать, - сказал Муми-папа. Он спустился к воде, потянул носом воздух, повертел во все стороны головой и нахмурился. Вдали глухо прогрохотало. - Гром! - сказал Снифф. - Ой, страшно! Над горизонтом стеною вздымалась грозная черносиняя туча и гнала перед собой клочья светлых облаков. Время от времени море озарялось бледным светом зарниц. - Остаемся! - решил Муми-папа. - На всю ночь? - обрадовался Снифф. - Да, пожалуй, - сказал Муми-папа. - А теперь живо строить дом, скоро нас накроет дождем! Они вытащили лодку на берег и на опушке леса мигом соорудили дом из паруса и одеял. Муми-мама законопатила мхом все щели. Снорк окопал дом канавой для отвода воды. Все носились между лодкой и домом, перетаскивая вещи в укрытие. По лесу прошел ветерок, листья деревьев тревожно зашелестели. Громовые раскаты слышались все ближе и ближе. - Схожу на мыс, посмотрю погоду, - сказал Снусмумрик. Он потуже надвинул шляпу на уши и ушел. Счастливый в
20.03.11 | Категория: Туве Янссон

  • 0
(голосов:0)

Похожие статьи:

Пролог Однажды, когда Муми-тролль был совсем маленький, его папа в разгар лета, в самую жару,
Ранним утром, проснувшись в своей палатке, Снусмумрик почувствовал, что в Долину муми-троллей
Елка. Один из хемулей стоял на крыше и разгребал снег. На хемуле были желтые шерстяные варежки,
Как-то раз тихим безоблачным вечером в конце апреля Снусмумрик зашел очень далеко на север - там в
- Жила-была лесная крыса, звали ее Пимп, - залепетала малявка, застенчиво глядя на слушателей
У одного человека было трое сыновей: старший — Поуль, средний — Педер и младший — по прозванию
Copyright © 2014 Все СКАЗКИ | Design by prowebstudio.ru
Яндекс.Метрика
Добрые сказки для детей Русские народные сказки на ночь Народные сказки мира Сказки народов мира Народные сказки Русские сказки Игры, сказки Хорошие сказки Добрые сказки Сказки для детей